В современном мире моды о Леди Гаге говорят больше, чем о ком-то ни было. Недавно исследования показали, что она возглавила список самых разыскиваемых модных элементов. Журналу Times удалось пообщаться с певицей, которая на тот момент была одета в муфтий - наряд из рубашки, черных колготок и каблуках. С ней поговорили обо всем - от ее новой работы для M.A.С до постоянного обращения к себе, как к особе третьего лица.
Стоит сказать, что встретить тебя как-то странно. Словно брать интервью у мистера Т. Как тебя называть?
- (Смеется) Леди Гага или же Гага. Каждый называет меня так, это нормально. Думаю, что это имя отображает мой мир и понимание того, что я делаю. Здесь каждый как в волшебстве, все с кем я работаю - Теренси Ко или Франческо Веццоли или Франк Гери. Когда вы со мной, то на самом деле видите: все, что я делаю, так это живу и дышу ради работы. Имя не странное, оно просто Гага.
Понятно. Прежде, чем я включил диктофон, мы говорили о предательстве. Ты думаешь об этом чаще, чем о другом?
- Точно. Вы себе не представляете. Труднее пережить предательство, потому что сложно оставить прошлое в прошлом. Трудно понять, кому доверить свою личную жизнь. Когда ты плачешь у себя в комнате ночами, то не всегда знаешь, кому позвонить. Так что я очень близка со своей семьей.
Почему ты отчуждаешь себя от прошлого?
- Я оставила это в прошлом, потому что пришлось. Из-за многих причин, например, наркотиков. Не секрет, что в прошлом у меня были проблемы с наркотиками. А некоторые места напоминают мне вещи о моем умственном и физическом здоровье, так что ты учишься жить дальше, чтобы сохранить свою миссию в жизни, а моя самая величайшая миссия - это мои фанаты.
Правда? Для поп-звезды это самоотверженно.
- Это самоотверженно. Но знаете, мне очень повезло. Я много работаю, но когда Бог открывает эту дверь перед тобой и когда жизнь открывает эту дверь перед тобой, стоит сказать, что, как мне кажется, важно отдавать, чтобы вернуть себе ту любовь. У меня есть духовный наставник, это не терапевт, а тот, о ком я думаю, он связан с высшими силами и очень мне помогает.
А что в нем такого?
- Мне нравится в нем то, что он не разговаривает со мной, как с обычным человеком. А понимает, что у меня эксцентричная жизнь и личность. И также понимает, что я известная. И я это ценю. Он говорит, что я не обеспечиваю себе нормальную жизнь, как это делают люди, и что я должна думать о себе, как о вселенной. А для меня это мои фанаты. Я живу только ради них.
Ты говорила мне прежде, что еще с детства любила M.A.C., когда жила в Манхеттене. Но разве ты не переживала, что, если будешь равняться на косметическую компанию, даже свою любимую, то неизбежно возникнут вопросы о том, была бы у тебя карьера без прически, косметики и стиля?
- Совсем нет. Я не считаю, что смогла бы прожить без прически, косметики и стиля, пусть я буду тем артистом, каким есть. Я гламурная насквозь. И верю в гламурную жизнь, которой я живу. Не хочу, чтобы кто бы то ни было разделал меня на две личности - ту, кто с косметикой, и ту, кто без. Я всегда одинаковая.
Из-за чего эти синяки на руке?
- Будете смеяться, но это рубцы. Я обожгла себя плойкой. Гламур, детка! Но если серьезно, то мне нравится компания М.А.С, и нравится ее предназначение. Думаю, что так у нас есть намного больше информации о СПИДе, которой можно поделиться с миром. Для меня наиболее важно - и почему я все же выбрала представлять эту компанию - напомнить людям, что это заболевание бывает не только у геев. Женщины моего возраста, от 18 до 24 лет, и возрастной класс Синди в большей степени подвергаются риску. Не думаю, что нас выбрали только по этим причинам, хотя если так, то это тоже хорошо. Все что нужно, чтобы ликвидировать стереотипы о СПИДе - дать понять, что он связан с употреблением наркотиков и результатом беспорядочной жизни.
Кто были твоими идолами гламура, когда ты взрослела?
- Я бы сказала Лейт Бовери, Клаус Номи, Дэвид Боуи и Грейс Джонс.
Все они превратили ненатуральность в безупречность. Насколько для тебя важна ненатуральность?
- Ненатуральность или же притворство?
По конструкции, слово - уловка.
- Не знаю, я это слово подразумеваю как притворство. Не вижу себя в таком понятии. Я вижу себя настоящим человеком, который выбирает жить открыто - артистично. Я каждый день - ходячее искусство, в своих мечтах, амбициях, и всегда лишь для того, чтобы вдохновить своих фанатов жить так.
Ты явно стремилась к миру искусства, работала с людьми как Теренс и Франческо.
- Я никогда намеренно не принимала никаких решений. И лишь стремлюсь к тем людям, к которым будут стремиться и другие. Сказать по-честному, каждые отношения, которые я выстроила, основаны на искренности и подлинности мечтаний и этикета.
Как знаменитости, тебе не кажется, что есть несправедливые ожидания о тебе теперь, когда постоянно превосходишь противников, когда большинство все еще ищут свою артистичность?
- Думаю, что всякому, кому повезло иметь голос в музыкальной индустрии, не стоит искать свое предназначение перед всем миром. Мне не нравятся знаменитости. Я с ними не общаюсь, и не отношусь к такой жизни. Мне нравится говорить об искусстве и моде, будущем и комментировать общество по поводу того, что мы можем сделать, чтобы изменить восприятие людей. Я очень схожа с Франческо, восхищаюсь тем, что он делает. По моему мнению, он очень сосредоточен на понимании и на том, как изменить восприятие публики.
Как думаешь, ты делаешь это со своими фанатами?
- Думаю, что я изменила то, на что они равнялись, и уничтожила славу. Слава - это что-то немного переслащенное на вкус, но что трудно проглотить.
Ты говоришь, что являешься резким экспертом славы. Все что должны знать люди - знаменитости уходят и приходят. Тебя это не пугает?
- Только не в книге о Гаге.
Ты о чем?
- В книге о Гаге слава в твоем сердце, слава создана, чтобы утешить тебя, чтобы сделать уверенным и достойным, когда нужно. Хочу, чтобы мои фанаты полюбили себя. Практически хочу загипнотизировать их, чтобы, когда они слышали мою музыку, мгновенно полюбили себя.
Тебе не кажется странным обращаться к себе, как к третьему лицу?
- Нет. Если ты артист, то нет. Я говорю о себе в третьем лице постоянно. Ведь я не живу так, как другие люди. Я полностью отдаю себя работе и моим фанатам. А из-за этого я должна думать не о том, что будет лучше для моей вагины, а о том, что будет лучше для фанатов и для меня в артистичном плане.